С одной стороны, такое регулирование удобно с точки зрения контроля за тождественностью содержания тех волеизъявлений, которые совершаются сторонами (должником и собранием кредиторов), поскольку в суд для утверждения передается единый документ. С другой стороны, возникает проблема несоответствия текста мирового соглашения, подписанного обеими сторонами, и текста, который был утвержден на собрании кредиторов.

2. Вывод о том, что мировое соглашение может быть составлено только в форме единого документа, обосновывается при помощи сопоставления п. п. 1 и 2 комментируемой статьи. Если в п. 1 речь идет о письменной форме, то далее законодатель не оставляет сомнений в том, что для целей Закона о банкротстве под письменной формой такой сделки, как мировое соглашение, понимается только единый документ. Когда речь идет о чем-то, что подписывается сторонами, возможности для иного истолкования отсутствуют.

Следовательно, из тех трех вариантов, в каких письменная форма договора считается соблюденной в соответствии со ст. 434 ГК РФ (один документ, подписываемый сторонами; обмен документами; акцепт письменной оферты конклюдентными действиями на основании п. 3 ст. 438 ГК), мировое соглашение может принять вид только одного документа, подписываемого сторонами. Правила ГК РФ о договоре в данной ситуации применяются к мировому соглашению по аналогии.

3. С точки зрения законодательной техники целесообразно было бы предусмотреть достаточность отдельного принятия решения о заключении мирового соглашения собранием кредиторов и должником, включая органы управления должника, поскольку раздельность этих решений проводится и в действующем законодательстве.

Более того, мировой практике известны случаи, при которых воля кредиторов выражается не на собрании (учитывая сложности, которые возникают при доказывании в случае спора по поводу голосования отдельного кредитора), а каждым по отдельности. Так, согласно германскому Положению о несостоятельности за принятие плана осуществления процедур несостоятельности (отдаленное сходство с мировым соглашением по российскому закону присутствует) или против такого принятия кредиторы могут высказаться как на собрании, так и путем письменного ответа на вопрос, который был задан им конкурсным управляющим.

4. Недостаточная продуманность современного российского подхода к мировому соглашению заключается в том, что, преследуя цель обеспечить подписание мирового соглашения как одного документа, законодатель вынужден установить лицо, которое вправе это сделать от лица всех кредиторов, не говоря уже о том, что должнику предлагается изъявить свою волю, по сути, дважды: первый раз - когда принимается решение о заключении мирового соглашения (поскольку нецелесообразно проводить собрание кредиторов по вопросу о заключении мирового соглашения и нести связанные с этим издержки, если должник не согласен на мировое соглашение), и второй раз - когда должен подписываться единый документ.

Теоретически создается возможность отказа от подписания последнего, а значит, для одностороннего отказа от сделанного однажды волеизъявления. На практике это может привести к злоупотреблениям, для воспрепятствования которым Законом о банкротстве не предусмотрено никакого механизма, позволяющего зафиксировать согласие должника на тексте мирового соглашения, если он ранее уже выразил волю к его заключению на содержащихся в нем условиях.

5. Лицом, которое подписывает мировое соглашение от имени конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, согласно п. 2 комментируемой статьи является представитель собрания кредиторов или уполномоченное на совершение данного действия лицо. Ссылка на правила о представительстве в данном случае не должна вводить в заблуждение: такой "представитель" не изъявляет собственную волю при подписании мирового соглашения, а лишь проставляет подпись под условиями, за которые проголосовали кредиторы на собрании, т.е. воспроизводит выработанную ранее волю.

Исключается ситуация, при которой "представитель" собрания кредиторов мог бы подписать мировое соглашение на иных условиях. Более того, в отличие от представительства в традиционном понимании, представляется недопустимым наделение собранием кредиторов данного "представителя" полномочием определять какие-либо условия мирового соглашения по собственному усмотрению (в тех или иных пределах) при подписании текста мирового соглашения и заменять тем самым собой собрание кредиторов. Контроль за тем, чтобы "представитель" в точности воспроизвел условия мирового соглашения, за которые проголосовали кредиторы, должен осуществляться арбитражным судом по собственной инициативе при решении вопроса об утверждении мирового соглашения.

6. Если в мировое соглашение входят условия, затрагивающие имущество, распоряжение которым при обычных обстоятельствах требовало бы государственной регистрации соответствующей сделки, то в случае с мировым соглашением в деле о банкротстве данные правила не могут применяться. Контроль за законностью содержания указанных условий осуществляется арбитражным судом, и переход или обременение прав регистрируется по заявлению заинтересованного лица на основании вступившего в силу мирового соглашения.

Мировое соглашение - сделка, для которой обязательна письменная форма. При этом вопрос о последствиях несоблюдения простой письменной формы не возникает, мировое соглашение вступает в силу не с момента достижения сторонами договоренности по существенным условиям, а с момента утверждения его судом. В этом состоит особенность мирового соглашения, о которой упоминалось выше.

2. Пункт 2 комментируемой статьи регламентирует порядок подписания мирового соглашения.

Со стороны должника документ подписывает субъект, уполномоченный принимать решение о заключении мирового соглашения, в зависимости от стадии процесса это должник (гражданин, руководитель должника - юридического лица или субъект, исполняющий его обязанности), внешний управляющий, конкурсный управляющий. Представляется, что названные арбитражные управляющие действуют от имени должника, а не от собственного имени.

При этом следует уточнить, что полномочия лица, подписывающего мировое соглашение, могут быть ограничены нормами о получении согласия органов управления должника.

Сложнее решается вопрос о субъекте, подписывающем документ от имени кредиторов. В п. 2 комментируемой статьи указано, что от имени кредиторов и уполномоченных органов мировое соглашение подписывает представитель собрания кредиторов либо лицо, уполномоченное собранием кредиторов на совершение данного действия.

Различие между этими субъектами в том, что представитель собрания действует постоянно, а лицо, уполномоченное собранием, получает право подписывать конкретный документ. С точки зрения теории гражданского права перед нами не вполне точная формулировка, поскольку мировое соглашение - сделка, участвовать в сделках могут только субъекты гражданского права, каковым собрание не является (следовательно, уполномочивать субъекта на совершение сделки, т.е. становиться представляемым, собрание тоже не может).

Собрание кредиторов может быть названо субъектом конкурсных отношений, если мы принимаем концепцию, в соответствии с которой круг субъектов гражданского и круг субъектов конкурсного права не вполне совпадают. Конкурсное право имеет собственных субъектов с теми правами и обязанностями в рамках развития конкурсных отношений, которые установлены Законом (в качестве самостоятельного субъекта конкурсного права можно привести арбитражного управляющего - в гражданском праве нет субъекта, обладающего аналогичным статусом).

Тем не менее, когда мы говорим о гражданско-правовых отношениях, в частности о сделках, мы должны иметь в виду субъектов именно гражданского, а не конкурсного права (каковым, как отмечалось выше, собрание кредиторов не является). Формулировка п. 2 комментируемой статьи была бы юридически точной, если бы в ней шла речь о представителе собрания, уполномоченном каждым из участников собрания.

Если в заключении мирового соглашения участвуют третьи лица, то в силу прямого указания п. 3 комментируемой статьи мировое соглашение должно быть подписано каждым из этих субъектов (либо их представителями, имеющими соответствующие полномочия).

Решение Верховного суда: Определение N ВАС-13650/11, Коллегия по гражданским правоотношениям, надзор
Утверждая мировое соглашение, суд первой инстанции исходил из того, что мировое соглашение заключено в установленном законом порядке, по форме и содержанию соответствует требованиям статей 155, 156, 158 Закона о банкротстве, не нарушает права и законные интересы должника, его кредиторов и других лиц. Оснований для отказа в утверждении мирового соглашения предусмотренных статьей 160 Закона о банкротстве, судами первой и кассационной инстанций не выявлено...

Все права защищены © Арбитражный юрист, 2005 -