| 1. Положениями комментируемой статьи регламентированы особенности исполнения содержащихся в исполнительных документах требований об отобрании или о передаче ребенка, порядке общения с ребенком.
Так, ч.1 комментируемой статьи требует обязательное участие при отобрании ребенка и его передаче:
• органа опеки и попечительства;
• лица, которому передается ребенок.
Кроме того, при необходимости судебный пристав-исполнитель также привлекает к участию в исполнительном производстве представителя органов внутренних дел, детского психолога, врача, педагога, переводчика и иных специалистов.
Например, принимая во внимание малолетний возраст ребенка, сложившиеся конфликтные отношения между должником и взыскателем, суд пришел к выводу, что судебным приставом-исполнителем не были предприняты необходимые подготовительные меры, которые позволили бы оценить психологическое состояние ребенка и возможность правильного исполнения решения суда с учетом требований ст.2, 4 Закона (в части, участия специалиста-эксперта, обладающего специальными знаниями в области детской психологии, для проведения исполнительных действий) (см. апелляционное определение Московского городского суда от 28.01.2015 по делу N 33-2650/2015) (см. также кассационное определение Первого КСОЮ от 12.10.2021 N 88а-25595/2021, решение Ульяновского областного суда от 16.12.2021 по делу N 7-536/2021, решение Щелковского городского суда Московской области от 19.08.2021 по делу N 2а-4605/2021 и др.).
2. По фактам отобрания и передачи ребенка судебным приставом-исполнителем составляется акт.
3. Исполнение требования исполнительного документа о порядке общения с детьми включает в себя обеспечение судебным приставом-исполнителем беспрепятственного общения взыскателя с ребенком в соответствии с порядком, установленным в решении суда.
О рассмотрении судом требования о признании незаконными действий судебного пристава-исполнителя, допущенных в рамках исполнительного производства, акта совершения исполнительных действий, поскольку как указал взыскатель, судом определен порядок общения взыскателя с детьми, а пристав, опросив детей, сделал вывод о том, что дети отказываются общаться с взыскателем. Взыскатель полагал, что пристав нарушил порядок опроса несовершеннолетних детей и воспрепятствовал его общению с ними, что противоречит требованиям, содержащимся в исполнительном документе (см., апелляционное определение Свердловского областного суда от 24.08.2016 по делу N 33а-14362/2016) (см. также кассационное определение Первого КСОЮ от 25.10.2021 N 88а-26327/2021, кассационное определение Первого КСОЮ от 25.10.2021 N 88а-25816/2021 по делу N 2а-4848/2019, кассационное определение Шестого КСОЮ от 07.04.2021 N 88А-7195/2021 по делу N 2а-973/2020 и др.).
4. При исполнении исполнительного документа, содержащего требование о порядке общения с детьми, на судебного пристава-исполнителя возлагается обязанность по установлению отсутствия препятствий общению взыскателя с детьми со стороны должника.
Акт совершения исполнительных действий является документом, отражающим процедуру совершения исполнительных действий, и не может быть отнесен к категории ненормативных правовых актов в силу того, что не устанавливает (изменяет, отменяет) права и обязанности сторон исполнительного производства и не носит властно-распорядительного характера. В то время как под ненормативным правовым актом государственного органа понимается документально оформленное одностороннее властно-распорядительное волеизъявление полномочного субъекта исполнительной власти (органа, должностного лица), содержащее обязательные предписания или распоряжения по конкретному вопросу, обращенное к конкретному лицу или группе лиц и направленное на установление, изменение или прекращение правоотношений, нарушающее гражданские права и охраняемые законом интересы и влекущее неблагоприятные юридические последствия. Следовательно, действия судебного пристава-исполнителя по составлению акта, из которого следует, что несовершеннолетние дети сами отказались общаться с отцом и каких-либо сведений о том, что должник препятствовала общению детей с отцом, также не влекут для административного истца каких-либо последствий, так как его права не нарушают (см. апелляционное определение Свердловского областного суда от 24.08.2016 по делу N 33а-14354/2016).
После установления данного факта судебный пристав-исполнитель оканчивает исполнительное производство в соответствии с п.1 ч.1 ст.47 Закона по основанию фактического исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе.
Вместе с тем, в силу выявления необходимости повторного совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения постановление судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства может быть отменено по заявлению взыскателя старшим судебным приставом или его заместителем (см. кассационное определение Шестого КСОЮ от 12.01.2021 N 88а-510/2021, апелляционное определение Верховного суда Республики Татарстан от 30.11.2021 N 33а-18212/2021, апелляционное определение Оренбургского областного суда от 19.08.2021 N 33а-5917/2021, решение Волжского районного суда Самарской области от 11.05.2021 по делу N 2а-883/2021 и др.).
5. Часть 5 комментируемой статьи содержит норму о распространении действия комментируемой статьи на случаи исполнения документов, содержащих требования о возвращении незаконно перемещенного в Российскую Федерацию или удерживаемого в Российской Федерации ребенка или об осуществлении в отношении такого ребенка прав доступа на основании международного договора РФ.
Так, судебный пристав-исполнитель информирует центральный орган, назначенный в Российской Федерации в целях обеспечения исполнения обязательств по международному договору РФ, о ходе исполнительного производства путем направления копий вынесенных постановлений не позднее дня, следующего за днем их вынесения.
О возбуждении исполнительного производства по заявлению взыскателя и исполнительный документ, содержащий требование о возвращении незаконно перемещенного в Российскую Федерацию или удерживаемого в Российской Федерации ребенка или об осуществлении в отношении такого ребенка прав доступа на основании международного договора РФ см ч.7.1 ст.30 Закона.
Организация исполнительного розыска регламентирована положениями ст.65 Закона. Об аспектах применения норм ч.5 комментируемой статьи см. письмо ФССП России от 25.08.2014 N 00011/14/50543-СВС "О возвращении незаконно перемещенного в Российскую Федерацию или удерживаемого в Российской Федерации ребенка и об осуществлении в отношении такого ребенка прав доступа", постановление ЕСПЧ от 01.12.2020 "Дело "Махмудова (Makhmudova) против Российской Федерации" (жалоба N 61984/17) (по делу обжалуется нарушение права заявительницы на уважение семейной жизни, выразившееся в необеспечении властями РФ исполнения судебного решения о возвращении детей заявительницы, имеющих двойное гражданство, в государство, где проживает заявительница. По делу допущено нарушение требований статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод). |