Арбитражный юрист
Гражданский кодекс РФ » Часть 3 ГК РФ » Раздел VI. Международное частное право » Глава 68. Право, подлежащее применению к имущественным и личным неимущественным отношениям »
Статья 1205. Право, подлежащее применению к вещным правам
(в ред. Федерального закона от 30.09.2013 N 260-ФЗ)
Право собственности и иные вещные права на недвижимое и движимое имущество определяются по праву страны, где это имущество находится.
вернуться
Комментарий к Статье 1205 Гражданского кодекса Российской Федерации
1. Комментируемая глава включает систему коллизионного регулирования одних из самых распространенных отношений гражданского права, представляющих без преувеличения центральный институт гражданского права Российской Федерации и гражданского права других государств. Статья 1205, открывающая эту главу, закрепляет универсальные положения о выборе применимого права к вещным правам на движимое и недвижимое имущество.
Как новеллы российского коллизионного законодательства исследователи комментируют нормы, закрепленные в ст. ст. 1205 — 1207 ГК РФ, в которых указывается на выбор права не только применительно к праву собственности (как было ранее в Основах гражданского законодательства 1991 г.), но и применительно к другим вещным правам [1].
[1] См. по этому поводу: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (постатейный). Часть третья / Под общ. ред. А.П. Сергеева. М.: ООО «ВИТРЭМ», 2002. С. 243 — 248; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части третьей. В 3 т. Т. 3 / Под ред. Т.Е. Абовой, М.М. Богуславского, А.Г. Светланова. М.: Юрайт-Издат, 2005. С. 377 — 386.
В комментируемой статье закрепляется коллизионная норма, определяющая выбор права для содержания, осуществления и защиты вещных прав на недвижимое и движимое имущество. Здесь получил закрепление уже давно сложившийся и отраженный в законодательстве большинства государств закон места нахождения вещи — lex rei sitae. Анализ новых источников по международному частному праву иностранных государств (Кодекса международного частного права Болгарии 2005 г., Закона о международном частном праве Украины 2005 г., Кодекса о международном частном праве и международном гражданском процессе Турции 2007 г.) подтверждает универсальность и незаменимость данного коллизионного принципа — закона места нахождения вещи — для регулирования вещных отношений.
В Российской Федерации к вещным правам, перечень которых в соответствии с п. 1 ст. 216 ГК РФ не является исчерпывающим, относятся право пожизненного наследуемого владения земельным участком (ст. 265 ГК), право постоянного (бессрочного) пользования землей (ст. 268 ГК), право хозяйственного ведения (ст. 294 ГК), право оперативного управления (ст. 296 ГК), сервитуты (ст. ст. 274 — 277 ГК). Исходя из смысла п. 1 комментируемой статьи, все вопросы, связанные с определением содержания вещных прав (т.е. с определением правомочий собственника или установлением правомочий обладателя другими вещными правами), будут решаться по принципу lex rei sitae.
Универсальность принципа lex rei sitae вместе с тем не означает невозможность существования исключений из него. В российском законодательстве такие исключения предусмотрены и отражены в последующих статьях. Одним из подобных исключений является нераспространение принципа lex rei sitae на отношения, регулирующие возникновение и прекращение вещных прав, чему посвящена ст. 1206 ГК РФ (см. соответствующий комментарий). Другое исключение касается определенного вида недвижимого имущества, которое подлежит государственной регистрации и коллизионное регулирование которого подчиняется праву государства, где это имущество зарегистрировано. Этим вопросам посвящена ст. 1207 ГК РФ (см. соответствующий комментарий).
При всей очевидности и определенности формулы места нахождения вещи трудности могут возникать на практике с определением территории государства нахождения движимого имущества. Учитывая имманентно присущее движимому имуществу свойство перемещения, определение места нахождения такого имущества в каждом конкретном случае будет обусловлено потребностью представлять соответствующие доказательства.
2. В п. 2 комментируемой статьи закрепляется принцип, по которому происходит квалификация имущества как движимого или недвижимого. В российской науке гражданского права предусмотрены различные классификации вещей или имущества, различаются главная вещь и ее принадлежность; вещь делимая и неделимая, простая и сложная; вещи неизъятые, ограниченно изъятые и полностью изъятые из оборота. В комментируемой статье речь идет о квалификации вещей только как движимого и недвижимого имущества, в связи с чем возникает определенный пробел, который при отсутствии других норм придется восполнять путем аналогии закона с использованием закрепленного в настоящей статье положения об определении права по месту нахождения вещи. В этом смысле показательна позиция украинского законодателя, который аналогичное правило квалификации имущества изложил в следующей редакции: «Принадлежность имущества к движимым или недвижимым вещам, а также иная классификация имущества определяются правом государства, в котором это имущество находится» (п. 2 ст. 38 Закона о международном частном праве Украины 2005 г.).
Оценивая значение п. 2 комментируемой статьи, нелишне напомнить, что в правовых системах разных государств существует большой разброс в отнесении вещей, обладающих внешними признаками движимого имущества, к категории недвижимости, и наоборот. Так, в российском праве (ст. 130 ГК) к категории недвижимости законодатель относит вещи, являющиеся по своей природе движимыми вещами, которые в праве других государств могут рассматриваться как движимые вещи. К таким вещам относятся подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты, предприятия как имущественный комплекс. В праве других государств также наблюдается подобная «метаморфоза», но превращающая в недвижимые вещи другие виды имущества. Уже стали хрестоматийными примеры о том, что в Испании недвижимыми вещами признаются машины и инструменты, во Франции — скот, сельскохозяйственные машины, звери в лесу.
вернуться
Другой комментарий к Статье 1205 Гражданского кодекса Российской Федерации
Вещные права - это одна из правовых форм реализации отношений собственности. Следует отметить, что легального определения вещных прав в российском законодательстве не существует. Обычно они определяются как права, которые предоставляют их обладателю возможность непосредственного (независимо от какого-либо другого лица) воздействия на вещь. Тем самым вещные права отличаются от обязательственных, когда правовой результат в гражданских отношениях достигается через требование к третьему лицу совершить определенное действие (передать вещь, выполнить работу и т.д.). В соответствии с действующим законодательством РФ устанавливается принцип замкнутости перечня ограниченных вещных прав, означающий, что признавать соответствующее право в качестве ограниченного вещного права может только закон.
Помимо права собственности к числу вещных прав по российскому законодательству относится право хозяйственного ведения, сервитута, пожизненного наследуемого владения и др. В правопорядках других стран перечень вещных прав может быть другим. Так, законодательство ФРГ выделяет такое вещное право, как право застройки, английское коллизионное право рассматривает в качестве вещных право залога и право аренды недвижимого имущества на длительный срок и др.
Комментируемая статья закрепила коллизионное правило о выборе применимого права к праву собственности и иным вещным правам на недвижимое и движимое имущество: такое право определяется по праву страны, где находится соответствующее имущество. Другими словами, она содержит коллизионную норму "закон места нахождения вещи" (lex rei sitae).
На основании данной коллизионной привязки определяется вещный статут, т.е. право, подлежащее применению для регулирования отношений собственности и иных вещных прав. В частности, определяются виды объектов вещных прав, в том числе принадлежность имущества к недвижимым или движимым вещам, оборотоспособность объектов вещных прав, виды вещных прав и их содержание, возникновение и прекращение вещных прав, в том числе переход права собственности; осуществление и защита вещных прав.
В комментируемой статье в редакции Федерального закона от 30 сентября 2013 г. N 260-ФЗ изменился объем коллизионной нормы, привязка же осталась без изменений.
Ранее в объем коллизионной нормы были включены слова "содержание права собственности и иных вещных прав на недвижимое и движимое имущество, их осуществление и защита"; в действующей же редакции коллизионная норма сформулирована в самом общем виде - "право собственности и иные вещные права на недвижимое и движимое имущество".
Это изменение обусловлено, во-первых, усложнением отношений собственности и, во-вторых, расширением вариантов распоряжения этим правом, допускаемых законом и используемых в практике.
Таким образом, законодатель сохранил исторически сложившийся общий подход к коллизионной привязке о праве, применимом к праву собственности на вещь, добавив в комментируемую статью "иные вещные права", что означает ликвидацию серьезного пробела, и установил единый коллизионный критерий для движимого и недвижимого имущества.
Следует отметить, что данная статья устанавливает общее правило, вытекающее из закона места нахождения вещи, из которого возможны исключения. В частности, одно из исключений касается так называемой недвижимости в силу закона. Согласно п. 1 ст. 130 ГК РФ к недвижимым вещам относятся и подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты, для которых действуют свои правила. Так, к праву собственности и иным вещным правам на воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты, подлежащие государственной регистрации, применяется право страны, где эти суда и объекты зарегистрированы (см. комментарий к ст. 1207).
Кроме того, следует учитывать ст. 1206 ГК (см. комментарий к ней), которая содержит свои правила, касающиеся отношений, осложненных иностранным элементом, регулирующих возникновение и прекращение вещных прав, и к которой комментируемая статья неприменима.
Следует иметь в виду, что коллизионные нормы некоторых международных договоров, в которых участвует Россия, не отличаются от нормы, содержащейся в комментируемой статье. Так, по Минской конвенции 1993 г. (п. 1 ст. 38) право собственности на недвижимое имущество определяется по законодательству договаривающейся стороны, на территории которой находится это недвижимое имущество. Аналогичная норма содержится и во многих двусторонних договорах о правовой помощи, заключенных Россией с другими странами.
вернуться
Судебная практика по Статье 1205 Гражданского кодекса Российской Федерации
Решение Верховного суда: Определение N 78-КГ13-35, Судебная коллегия по гражданским делам, кассация
Кроме того, суждения суда апелляционной инстанции о том, что при определении права, подлежащего применению к данным правоотношениям необходимо руководствоваться российским законодательством, а именно положениями пункта 1 статьи 1205, пункта 3 статьи 1209 Гражданского кодекса Российской Федерации, несостоятельны, поскольку в данном случае спор вытекает из семейных правоотношений...
Решение Верховного суда: Определение N ВАС-8079/12, Коллегия по гражданским правоотношениям, надзор
Положениями статей 1205, 1206, 1209, 1213, 1215 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено применение российского права в отношении сделок с недвижимым имуществом, находящимся на территории Российской Федерации, а также по вопросам формы договора, формы доверенности, толкования договора, применения последствий его недействительности...
вернуться
арбитражный процессуальный кодекс рф в текущей редакции и комментарии к нему

© Арбитражный юрист, 2005 -