1. Согласно общему правилу, сформулированному в п. 1 комментируемой статьи, российский суд или иной орган должен применять иностранное право независимо от того, применяется ли в соответствующем иностранном государстве к отношениям такого рода российское право. Под «соответствующим государством» понимается государство, право которого в силу коллизионной нормы подлежит применению в России, под «отношениями такого рода» — гражданско-правовые отношения того же характера, в целях регулирования которых коллизионная норма отсылает к иностранному праву. Из этого общего положения о неприменении взаимности делается исключение для случаев, когда применение иностранного права на началах взаимности предусмотрено законом.
Таким образом, комментируемая статья исходит из того, что применение иностранного права, как правило, носит безусловный характер, и это правило имеет практическое значение не только для суда или иного органа, применяющего иностранное право, но и для стороны в споре, стремящейся по тем или иным причинам путем ссылки на отсутствие взаимности добиться того, чтобы суд отказался от применения иностранного права [1]. Такая последняя ситуация (когда применение иностранного права на началах взаимности предусмотрено законом) носит исключительный характер.
[1] Поэтому трудно согласиться с авторами тех комментариев к части третьей ГК РФ, которые исходят из того, что один «из принципов взаимности» состоит в том, что «применение иностранного права зависит от взаимности, т.е. оно строится на началах равенства и взаимности (закон)» (см.: Пиляева В.В. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (постатейный). Ч. 3. М., 2002. С. 170).
2. В п. 2 комментируемой статьи разъясняется, как должен поступать суд или иной орган при наличии в каком-либо законе исключений из общего правила о неприменении взаимности. В этом случае не нужно доказывать наличие взаимности. Если применение иностранного права зависит от взаимности, предполагается, что она существует, поскольку не доказано иное. Таким образом, Кодекс устанавливает презумпцию наличия взаимности. Из приведенного положения комментируемой статьи следует сделать вывод: при рассмотрении спора сторона, доказывающая, что иностранное право соответствующего государства не может быть применено, поскольку в этом государстве к отношениям того же рода не применяется российское право, должна представить доказательства, свидетельствующие об отсутствии взаимности, и эти доказательства должны быть оценены судом.
3. Вопрос о неприменении принципа взаимности в отношении применения иностранного права следует отличать от других возможных случаев применения или неприменения взаимности в сфере международного частного права. В действующем законодательстве России требования взаимности установлены в отдельных законодательных актах. Так, согласно п. 3 ст. 18 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» [1] временно находящиеся на территории Российской Федерации граждане иностранных государств имеют право на получение компенсационных выплат в счет возмещения вреда жизни или здоровью потерпевших в случае, если в соответствии с законодательством этого иностранного государства аналогичное право предоставлено гражданам Российской Федерации. В Законе РФ от 20 августа 1993 г. N 5663-1 «О космической деятельности» [2] установлено, что иностранные организации и граждане, осуществляющие космическую деятельность под юрисдикцией Российской Федерации, пользуются правовым режимом, установленным для организаций и граждан Российской Федерации, в той мере, в какой правовой режим предоставляется организациям и гражданам Российской Федерации (ст. 27).
[1] Собрание законодательства РФ. 2002. N 18. Ст. 1720; N 52 (ч. 1). Ст. 5132.
[2] Российская газета. 06.10.1993. N 186: с изм. на 10 января 2003 г.; Собрание законодательства РФ. 2002. N 2. Ст. 167.
4. В Соглашении стран СНГ о сотрудничестве по пресечению правонарушений в области интеллектуальной собственности от 6 марта 1998 г. предусмотрено, что «каждая Сторона вправе предоставить на основе взаимности физическим и юридическим лицам других Сторон режим не менее благоприятный, чем своим физическим и юридическим лицам в отношении защиты прав на интеллектуальную собственность» <1>.
[1] Бюллетень международных договоров. 2002. N 3. Ст. 51 — 54.
5. Начало взаимности применяется также в области международного гражданского процесса. Так, Федеральный закон от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» <1> устанавливает, что решения судов иностранных государств по делам о несостоятельности (банкротству) признаются на территории Российской Федерации в соответствии с международными договорами РФ, а при отсутствии международных договоров РФ — на началах взаимности, если иное не предусмотрено международными договорами РФ (см. также комментарий к ст. 1194 ГК).
[1] Собрание законодательства РФ. 2002. N 43. Ст. 4190 (в ред. Федерального закона от 31 декабря 2004 г. N 220-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2005. N 1 (ч. 1). Ст. 46.
Что касается признания и приведения в исполнение иностранных арбитражных решений (решений третейских судов), то оговорка о взаимности применяется в отношении решений, вынесенных на территории государств, не участвующих в Нью-Йоркской конвенции 1958 г. Согласно этой оговорке государства, ее сделавшие, будут применять Конвенцию в отношении государств, не участвующих в Конвенции, только на условиях взаимности [1].
[1] О заявлении СССР, сделанном при ратификации Нью-Йоркской конвенции 1958 г., см.: Карабельников Б.Р. Исполнение решений международных коммерческих арбитражей: Комментарий к Нью-Йоркской конвенции 1958 г. и главам 30 и 31 АПК РФ 2002 г., 2-е изд., перераб. и доп. М., 2003. С. 26 и сл.
6. Из приведенного выше текста комментируемой статьи видно, что в задачу законодателя не входило определение содержания принципа взаимности — одного из основополагающих принципов международного частного права. В комментируемой статье регулируется лишь вопрос о применении этого принципа исключительно в отношении применения иностранного права [1]. В соответствии с принципом взаимности предоставление гражданам и юридическим лицам иностранного государства соответствующих прав ставится в зависимость от того, пользуются ли собственные граждане и юридические лица этого государства соответствующими правами на территории иностранного государства. Применение принципа взаимности как одного из общих начал международного частного права «предполагает обязанность государств на взаимной основе предусматривать соответствующие правомочия, элементы правового статуса для физических и юридических лиц, режимы ввоза и вывоза товаров, а также в целом осуществления торговых, производственных, хозяйственных и иных связей между субъектами частноправовых отношений» [2].
примечание: Учебник М.М. Богуславского «Международное частное право» включен в информационный банк согласно публикации — Юристъ, 2005 (5-е издание, переработанное и дополненное).
[1] О значении и содержании этого принципа в международном частном праве см.: Международное частное право: Учебник / Отв. ред. Н.И. Марышева. С. 82 — 83; Звеков В.П. Международное частное право: Учебник. 2-е изд. М., 2004. С. 175 — 178; Богуславский М.М. Международное частное право: Учебник. 6-е изд. М.: Норма, 2009. С. 97 — 103.
[2] Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть третья (постатейный) / Отв. ред. Л.П. Ануфриева. М., 2004. С. 392 (автор комментария к ст. 1189 — Л.П. Ануфриева).
Для целей Федерального закона от 8 декабря 2003 г. N 164-ФЗ «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности» [1] под взаимностью понимается предоставление одним государством (группой государств) другому государству (группе государств) определенного режима международной торговли взамен предоставления вторым государством (группой государств) первому государству (группе государств) такого же режима. Взаимность в отношении другого государства (группы государств) отнесена этим Законом к числу основных принципов государственного регулирования внешнеторговой деятельности (п. 4 ст. 4 Закона).
[1] Собрание законодательства РФ. 2003. N 50. Ст. 4850. В редакции Федерального закона от 22 июля 2005 г. N 117-ФЗ (Собрание законодательства РФ. 2005. N 30 (ч. 2). Ст. 3128).
Взаимность, понимаемая в широком смысле, — это одно из начал международного сотрудничества, она позволяет обеспечивать на основе равенства и взаимной выгоды права и интересы граждан, организаций и государств [1]. При комментировании части третьей ГК РФ в отношении применения принципа взаимности в широком смысле обращалось внимание на то, что «сосуществование различных государств и взаимодействие их правовых систем в мире далеки от гармонии. И сегодня нередко случаются таможенные, консульские, визовые «войны». Но право не в состоянии следовать за всеми изгибами внешней политики: оно выше мелких межгосударственных обид и международных недоразумений» [2]. Последующие события, имевшие место после опубликования этого комментария, в частности в отношениях России с Украиной и Грузией, лишь подтвердили высказанное в этом комментарии мнение.
[1] Звеков В.П. Международное частное право: Учебник. С. 175.
[2] Комментарий к Гражданскому кодексу Российской федерации. Часть третья (постатейный) / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М.: Проспект, 2005. С. 200 — 202 (автор комментарий к ст. 1189 — И.В. Елисеев).
В научной литературе также обращалось внимание на то, что следует различать материальную и формальную взаимность [1].
[1] См.: Звеков В.П. Коллизии законов в международном частном праве. М.: Волтерс Клувер, 2007. С. 174 — 177; Канашевский В.А. Международное частное право. М.: Междунар. отношения, 2006. С. 139. |
|
1. Взаимность, о которой идет речь в комментируемой статье, понимается как взаимное предоставление определенного правового режима (национального, наибольшего благоприятствования) или каких-либо прав иностранным гражданам и иностранным юридическим лицам.
Оговорка о взаимности предусмотрена в законодательстве ряда государств, и в частности в Гражданских кодексах Армении 1998 г. (ст. 1257), Белоруссии 1998 г. (ст. 1098), Казахстана 1999 г. (ст. 1089), Киргизии 1998 г. (ст. 1172), Узбекистана 1996 г. (ст. 1163) и др.
Принцип взаимности в настоящее время получил законодательное закрепление в материально-правовых нормах российского права. В ст. 2 Федерального закона от 8 декабря 2003 г. N 164-ФЗ (в ред. от 13.07.2015) "Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности" указано, что взаимность - это предоставление одним государством (группой государств) другому государству (группе государств) определенного режима международной торговли взамен предоставления вторым государством (группой государств) первому государству (группе государств) такого же режима.
Сложнее дело обстоит с действием взаимности в сфере процессуального права. Взаимность в признании и исполнении иностранных судебных актов зафиксирована лишь в некоторых международно-правовых договорах с участием Российской Федерации. В российских процессуальных кодексах (ГПК РФ и АПК РФ) взаимность не получила прямого закрепления, что, возможно, связано с теоретической неразработанностью вопроса.
Несмотря на то что взаимность является одним из основополагающих начал международного права, в коллизионном праве Российской Федерации она применяется не всегда. В частности, в п. 1 комментируемой статьи установлено общее правило, согласно которому иностранное право подлежит применению в Российской Федерации, независимо от того, применяется ли в соответствующем иностранном государстве к отношениям такого рода российское право.
Исключение составляют случаи, когда применение иностранного права на началах взаимности предусмотрено законом. Так, в качестве примера последнего можно привести положения п. 2 ст. 157 Семейного кодекса РФ, согласно которым браки между иностранными гражданами, заключенные на территории Российской Федерации в дипломатических представительствах и консульских учреждениях иностранных государств, признаются на условиях взаимности действительными в Российской Федерации, если эти лица в момент заключения брака являлись гражданами иностранного государства, назначившего посла или консула в Российской Федерации.
2. В п. 2 комментируемой статьи говорится о презумпции существования взаимности в тех случаях, когда применение иностранного права зависит от ее наличия или отсутствия. В данном случае можно говорить о наличии определенного противоречия с положениями п. 1 ст. 1191 ГК (см. комментарий к нему), возлагающего на суд обязанность установить содержание норм иностранного права.
Таким образом, сторона, ссылающаяся в обоснование своих требований или возражений на отсутствие взаимности как на основание не применять иностранное право (если его применение обусловлено взаимностью), должна представить соответствующие доказательства. Однако в данном случае не уточняется, каким образом эта сторона должна устанавливать наличие обстоятельств, указывающих на отсутствие взаимности.
Представляется, что только суд может в конечном итоге вынести решение о наличии или отсутствии взаимности. При этом суд не лишен права, оценивая доказательства, представленные одной из сторон, обратиться за содействием и разъяснением в Министерство юстиции или к экспертам. |
|
